NOX. Marauders era.

Объявление

Ролевая закрыта. Подробнее.

АДМИНИСТРАЦИЯ
Lily Potter | Druella Black
Sirius Black | Bellatrix Lestrange
По всем вопросам обращаться в асю 646165809

Список ролейсюжетзанятые внешностиакции.

КАТАЛОГИ
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Волшебный рейтинг игровых сайтов Поддержать форум на Forum-top.ru



Срочно требуются:
Миллисент Бэгнольд, Аластор Муди, Руфус Скримджер, Рабастан Лестрейндж.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » NOX. Marauders era. » Мантия-невидимка » Влюбись в меня, если осмелишься


Влюбись в меня, если осмелишься

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Участники: Нарцисса Блэк и Сириус Блэк
Дата и время: школьные годы
Сюжет: Инцест - это игра, в которую можно играть всей семьей? Да нет, что вы - в нее можно играть и вдвоем. И это не менее увлекательно, уж поверьте.

0

2

- Вызов.
Пятикурсница Нарцисса Блэк находилась под зельем смелости, которое буквально час назад было сварено ею на занятии у Декана Слагхорна. Циссе сейчас казалось, что выбрать вызов – смелее, чем правду. Тем более, ей хотелось поддразнить Нотт, которая всегда старалась придумать вызовы как можно каверзнее.
- Ну… протянула Нотт, криво улыбаясь. Только сегодня и только для Вас, мисс Блэк – Вы должны сходить на урок Прорицания. Слизерин не ходил на Прорицание всем факультетом, ибо по негласному соглашению считал этот предмет наиболее идиотским из всех. Даже, пожалуй, более идиотским, чем Магггловедение. Но я буду следить. И помните, что нас всех тут связывает обет, последствия нарушения которого не слишком сильные… но крайне неприятные.
Нарцисса ничуть не смутившись, виват зелью смелости, посмотрела в глаза Деборе и беззаботно пропела:
- Легче легкого.

Это был первый и последний раз, когда Нарцисса посетила занятие по Прорицаниям. Весь урок мисс Лавиния Ноулейм рассуждала о превратностях судьбы, которые порой заставляют людей против их воли совершать какие-то поступки. Причем, это только на первый взгляд кажется, что против воли… на самом же деле все давно уже предначертано.
- Сегодня мы будем заниматься гаданием по руке. Мы попытаемся предсказать ваше ближайшее будущее, запечатленное в линиях на ладони. Пропела Профессор Ноулейм и взяла за руку ближайшую к ней ученицу – старосту Рейвенкло. Изучив ладонь девушки, преподаватель, конечно же, предсказала ей встречу с возлюбленным, которая состоится в самом скором времени.
Нарцисса закатила глаза, ибо знала – любовные предсказания на уроках Лавинии были в порядке вещей. Казалось, что профессор только и думает, что о поцелуях, объятьях и еще Мерлин знает о чем. Оно и понятно, Лавиния Ноулейм была уже без пяти минут старой девой, и ей, конечно же, хотелось, чтобы ситуация как-то изменилась в положительную сторону.  Но предпосылок не было, посему она отыгрывалась на учениках.
Это было основной причиной, по которой факультет Слизерин не посещал Прорицания. Но вызов  есть вызов – приходилось терпеть.
- А теперь попробуйте тоже самое проделать с напарником. Девушки, а сей предмет с некоторого времени посещали исключительно девушки, причем девушки с определенными желаниями, разделились на пары. Рядом с Нарциссой оказалась Пэни Гербертс с ХаффлПаффа. До конза занятия оставались считанные минуты. Слизеринка решила не испытывать судьбу активным участием в процессе, ибо у нее не было желания городить чушь, поэтому она предоставила Пэни правой первой продемонстрировать свои способности к предсказаниям, протянув ей руку.
ХаффлПаффка робко взяла руку Нарциссы за запястье и вгляделась в линии на ладони. А потом произошло нечто из рядя вон:
- Сириус… чуть хрипловато прошептала Гербертс. Сириус Блэк… и подняла на Цисси затуманенные глаза.  Губы девушки были чуть приоткрыты, а неожиданно ставшие горячими пальцы, крепко вцепились в запястье слизеринки, причиняя той боль.
- Ты с ума сошла, Гербертс! Прошипела Нарциссы, силясь вырвать руку. Отпусти меня немедленно!
Но Пэни и не думала отпускать. В следующую секунду она сделала то, о чего Нарцисса чуть было не вскрикнула на весь кабинет. Девушка с силой дернула руку Цисси вверх и положила себе на щеку.
- Ты… твои руки… Мерлин, они такие же, как у него, только кожа нежнее.
Блэк немедленно обрела нечеловеческую силу и выдернула свою руку, а потом, потирая запястье, угрожающе тихо проговорила:
- Гербертс, ты точно сумасшедшая. Если ты хочешь моего брата, то я тут совершенно не причем. В голосе звенела сталь. Все с меня довольно. Профессор Ноулейм, благодарю Вас за прекрасный урок. Бросила Нарцисса уже на выходе.
По лестнице вниз она слетела вихрем.
Нет, ну что за идиотский фарс?! Думала староста Слизерина, спускаясь в подземелья. Дебора, не дай Мерлин, я узнаю, что это ты с Гербертс договорилась! Я тебя уничтожу!
Но допрос с пристрастием в гостиной показал, что Нотт была совершенно не при чем. Более того, тот же самый допрос показал, что в школе ходят совершенно невероятные слухи о том, что все та же Гербертс была лишена невинности в одном из коридоров Хогвартса прямо на каменном полу никем иным, как Сириусом Блэком. Причем Гербертс умоляла его сделать это, ибо сходила с ума от страсти, доведенная им почти до исступления.
И вот сидя вечером у камина, Нарцисса изучала свои руки, размышляя о том, что ее ненаглядный братец, кажется, является самым желанным мужчиной школы… Даже монашка Яксли немного зарделась и потупилась, когда Деби с горящими глазами пересказывала Блэк последние сплетни.
Когда все разошлись по своим спальням, слизеринка решила, что сейчас самое время использовать свое привилегированное положение и наведаться ванну для старост. О том, что ее кто-то занял, не могло быть и речи, ибо среди старост существовало своего рода ванное расписание.
Стоя перед дверью, инкрустированной драгоценными камнями, Нарцисса почувствовала неладное, но не предала этому значение, прошептав секретное слово-пароль, известное только старостам.
Войдя внутрь Цисс…. ммм, оторопела… ибо было от чего – на краю бассейна, одетый в одно лишь полотенце, сидел Сириус Блэк.  Рядом с ним стояла начатая бутылка вина.
Последний раз она видела своего брата полуголым два года назад летом, когда они все вместе ездили отдыхать в Ниццу. Но тогда мысли ее были далеко от взаимоотношений между мужчинами и женщинами.
Последний раз она видела его совсем голым и даже, прости Мерлин, сидела с ним в одной ванной, когда ей было пять лет. Но это было что-то из области преданий.
Память тут же услужливо подкинула Нарциссе недавний разговор в гостиной. Прислонившись к холодной мраморной стене, слизеринка попыталась отключить воображение, которое немедленно в красках нарисовало ей то, как именно Сириус мог довести Пэни до… в общем, до того, до чего довел.
У девушки закружилась голова, а ноги стали совершенно ватными.
Беги! Беги отсюда как можно скорее и как можно дальше! Кричали остатки здравого смысла, заставляя разум немного встряхнуться, отогнать навязчивый морок. Но она не последовала благоразумному совету. Вместо этого она решила с ним поговорить.
- Позволь спросить тебя, дорогой братец, что ты делаешь тут, в ванной для старост? Насколько мне известно, старостой Гриффиндора является Ремус Люпин. К тому же, как я вижу, у тебя прекрасная компания. Блэк бросила скептический взгляд на бутылку, отчаянно стараясь слишком уж откровенно не рассматривать полуобнаженного брата. Это я к тому, Сириус, что если ты сейчас же не вернешься на факультет, я сниму с тебя… Нарцисса запнулась, осознав, всю двусмысленность сказанного баллы выдохнула она в итоге.

Отредактировано Narcissa Malfoy (2012-11-21 14:38:57)

+1

3

Гуляешь, напиваешься, снова гуляешь, спишь. Там, где ты - хаос и шум, словно вращающийся вокруг его сосредоточия. Тебя называют мудаком, но ты закрываешь уши и не слушаешь их - людей. Существ поистине ебанутых и аморальных. И ты, Сириус, такой же, как они. Почти. Тебя отличает нескрываемый идиотизм и  задница, на которой всегда красуется пара синяков. Будучи мародером, ты души не чаешь в заурядных похождениях, которые вскоре стали традицией и твоим обязательным делом. Особенно в пятницу. Особенно ночью. Вечер удался на пятёрку. Но более всего тебя осчастливил момент, когда таки удалось споить Люпина, что вечно, приходя в паб, заливает свою песню, мол, "меня вам не споить, сраные ублюдки!". Поглядите на результат: наш малыш-Люпин повис на спине Джея, состояние которого лишь да долю отличимо от состояния Ремуса, и пока Люпин пускает пузыри изо рта, Поттер волочит эту пьяную тушу прямиком в гостиную. А ты... А ты свернул, прижав к себе бутылку виски, размышляя, что если бы жидкость была одушевленной, ты бы на ней женился. Останавливаешься напротив замысловатой дверцы и говоришь пароль. Благо Люпин, перед тем как вырубиться, сообщил тебе ключ от ванной старост. А хер ли вся сладость достается им - напыщенным индюкам, что только и делают вид, что приучают студентов к порядку? Ты аккуратно ставишь бутылку на мраморный пол, проходишь в прохладную комнату, мутным взглядом исследуешь глубокую ванную с золотистыми кранами и думаешь, как бы уговорить декана взять тебя на роль очкарика-идиота, ведь, о Боже, нынешний староста в хлам напивается каждую пятницу. Кто же будет подавать хороший пример деткам, если не ты?
Взлохмачиваешь свои жесткие волосы, раздеваешься и тотчас хватаешь белое полотенце, висящее неподалеку, после чего оборачиваешь им торс и легко щеголяешь босыми ногами по полу, неопределннно что-то насвистывая. Тебе приятно. Тело расслаблено и тебе определенно нравится ощущать себя амёбой, не способной мыслить адекватно, да и мыслить вообще. Лишь глубокие взохи и выдохи (дрочишь, что ли), сопровождающиеся характерной ухмылкой. Ты зажимаешь горло бутылки пальцами, закидываешь голову и пьешь, сколько можешь, за один раз. Ванная постепенно наполняется теплой мягкой водой, вскоре доходит до твоих ног и заставляет тебя в неистовом блаженстве потягиваться. Ты не замечаешь ничего. Даже распахнувшей дверцы, пока оттуда не подул холодный ветер и не вызвал у тебя дискомфорт. Неприятно морщишься, оборачиваешься и видишь пристроившуюся к стеночке сестрёнку, что так бездарно скрывает своё желание увидеть ямочки на твоей зданице. Глухо усмехаешься своей мысли, неуверенно поднимаешься на ноги и разводишь руками, словно бы говоря, что ты мне сделаешь, малышка? Она грозится снять с тебя... Баллы. Именно баллы, ничего иного. Хотя, признаться, тебе поначалу нравился ход её мыслей. - Ты, вижу, тут частый гость, сестрица. Любишь ставить студентов в неловкое положение, - не сумев уследить за бутылкой, та вмиг падает вводу, некоторую её часть окрашивая в красный цвет. Ты киваешь на заполненную ванну, будто бы приглашая, после протягиваешь Нарциссе руку и упускаешь момент, как полотенце перестает держаться на бёдрах, и бесшумно падает на твердую поверхность. Но оттого тебе ещё веселее. - Не каждый день такое увидишь, да? - вскидываешь брови и даже не думаешь, что бы прикрыться. Что может быть лучше, чем обнаженное тело, продуваемое прохладным ветерком? Пора сестрёнка познать анатомию во всех её подробностях, не маленькая уже. А Цисси смотрит на тебя, смотрит, не отрываясь, и ты понимаешь, что ей нравится. Нравится не стесняться, хотя, от свойственного румянца  Нарцисса по своей воле избавиться так и не смогла. А вот тебе ничуть не стыдно. Смешно, забавно. Но не стыдно.
Ты не понимаешь, почему бросаешь короткий, но значительный взгляд на тело сестры. Нет, не тот взгляд, коим ты частенько её одариваешь и делаешь бесчисленное множество комплиментов по поводу её неплохого вкуса в одежде. Этот взгляд не такой. Быть может, немного опасный, чуть желанный, томный. Нельзя так смотреть на сестру, Блэк! - осекаешься и поджимаешь засохшие губы. Она  - твоя сестра. Кузина, если быть точнее. Родственники. Однако спустя несколько секунд, в тебе просыпается чувство холодного безразличия. Насрать, - мысли, подстать твоей натуре. Такие же своевольные, раскрепощенные... Насрать. На то,  что твоя сестра, родственница, часть "семьи". Ты просто её желаешь.

+1

4

Его застукали после отбоя, в ванной для старост, распивающим вино, а он еще и зубоскалит так, словно все это в порядке вещей. Это твой брат, Нарцисса. Твой Брат, Сириус Блэк. Ты не можешь не признать, что в подобном его поведении есть нечто привлекательное.  Глядя на то, как вальяжно-лениво он движется, ступая по мрамору босыми ногами, а бедра его чуть покачиваются в такт походке, ты, наконец, понимаешь, в чем прелесть… ты понимаешь, отчего девицы сходят с ума и сами прыгают ему в койку… или где он их там трахает?
Также ты понимаешь и то, что и сама попала в сети. Понимаешь, но все еще не хочешь этого признавать. Вернее пытаешься оградить себя от него соображениями родства.
Нарцисса, да очнись же ты, наконец! Просто скажи ему "пока" и выйди. Твердишь ты сама себе, но как-то не слишком убедительно. Не потому ли, милая, что на самом деле ты уже пропала?
Он протягивает тебе руку, но ты предпочитаешь проигнорировать этот жест.
И тут, словно завершающее крещендо в вашей встрече-прелюдии, белоснежное полотенце беззвучно падает на пол. Ты прикусываешь губу и проклинаешь себя на все лады за то, что взгляд волей-неволей так и норовит упасть туда, куда тебе из соображений пристойности вообще не следует смотреть. Легкий румянец окрашивает твои щеки. Тебя не так-то просто заставить покраснеть…
Ты поднимаешь голову и ловишь его взгляд, который невозможно трактовать иначе, как полный желания. На долю секунды взгляд вновь становится, скажем так – братским, но потом что-то побеждает внутри… и это что-то – страсть.  А, возможно, что гораздо менее пафосно и гораздо менее приятно – всего-навсего алкоголь.  Но ты предпочитаешь видеть только то, что приятно.
Ага, приятно, значит? Так вот как ты заговорила теперь, принцесса? Значит все-таки до капитуляции рукой подать? Но кто же сдается так быстро, ты же Блэк, так что давай - продолжай строить из себя недотрогу.
- Сириус, пожалуйста, уходи говоришь ты и тут же понимаешь, что и твоего рта не вылетело не звука, ибо горло свело.  Сириус, не надо, пожалуйста. И снова не звука. Неубедительная попытка. А брат смотрит на тебя чуть насмешливо, словно заранее зная, как ты себя поведешь, смотрит, как развивается  такой предсказуемый сюжет. Однако, похоже, он знает и то, чем все это закончится. Он уже чувстует свою власть над тобой, милая девочка.
Так что, ты уже не думаешь о том, как сбежать? Правильно. Ведь это нужно было делать раньше. До того, как полотенце оказалось на полу. До того, как он посмотрел на тебя иначе, чем раньше. А теперь уже слишком поздно.
Зачем ты лжешь себе, детка? Ты же совершенно откровенно и беззастенчиво хочешь того же, что прочитала во взгляде брата, брошенном на тебя. До скрежета зубовно хочешь. Так о какой морали может идти речь? Возьми все, чего хочешь – не это ли негласный девиз Слизерина? Так будь паинькой, следуй завету предков.
И вдруг с ужасающей четкостью ты вспоминаешь сегодняшний урок Предсказаний и Пэни Гербертс с ее «Сириус»…
Неужели думаешь ты неужели это все-таки было правдой? Эдакое настоящее предсказание в извращенной форме?
Если так, то сопротивление тем более бесполезно. От судьбы не уйдешь и все такое. Поэтому ты просто молча стоишь напротив брата, оставив все попытки высказаться против того, чему суждено случиться.
Итак, Сириус Блэк, твой ход.

Отредактировано Narcissa Malfoy (2012-11-21 16:41:21)

+1

5

Её белесые волосы небрежно спадают на лицо; ты тянешься к нему пальцами и смахиваешь мешающие пряди, после чего очерчиваешь его контур. Медленно и мягко, стараясь не спугнуть. Хотя похорошему Нарцисса должна была уже заворачивать за третий поворот коридоров, а не стоять здесь и сдерживать себя от желания в точных деталях рассмотреть область братца чуть ниже  паха. Ты привык, что младшая сестра, завидев что-то за грани вон допустимое, с визгом и брезгующим видом убегает куда подальше. А сейчас понапрасну пытается показать, что голый мужик её ну вот совсем не интересует. Ты опускаешь ладонь ниже, проходя по её ключицам и спускаешься до талии, приложив к ней пальцы и с небольшим усердием прижав сестру к себе. Она волнуется, возможно, немного боится, и ты старательно пытаешься унять её страх, прикасаясь губами ко её лбу и медленно блуждая второй рукой по спине.
Ты никогда не думал о Нарциссе, как о девушке. О той, что можно представить в обнаженном виде или прижать к стене в угоду себе, с той до удовлетворения поиграв. Нет, она всегда была для тебя младшей сестрой. И кажется, что только сейчас ты замечаешь всю тонкость этих мягких светлых волос, их миндальный запах. И глаза. О, чёрт, эти голубые глаза, что сестрёнка так любит отводить куда-то в сторону. И ты никогда не пропагандировал инцест. Всегда считал это чем-то ужасным и уму непостежимым. Но ты  в который раз не оправдываешь свои мысли. Перечеркиваешь  всё, что до этого момента считал недопустимым. Для тебя нет невозможного, нет неприемливого. Именно поэтому ты запускаешь свои пальцы ей в волосы и буквально глотает их аромат, ощущая, как словно покрывалом тебя накрывает волна упоенья. Ты чувствуешь, что если то, что должно случиться - случится, то остановить поток желаний, тем более в нынешнем состоянии, будет весьма и весьма проблематично. Нарцисса не остраняется, почти не двигается. Ты лишь можешь догадываться, какой же на самом деле хаос сейчас творится в её голове, отчего даже слова её затряги попрек горла, не давая девушке спокойно выдохнуть. А вот в тебе наоборот - блуждает истинное умиротворение. Делаешь то, чего не должен, но разрушать стереотипы - вошло в твою приввычку. Надоедливую, неибавимую.
Тебя влечет к молодой кузине. Даже её возраст не шибко останавливает. - От чего ж ты не бежишь, милая? - полушепотом произносишь ты и нарочито случайно касаешься пальцами её бедра.Ты уверен, что она не сбежит. Не расскажет никому, что здесь произойдёт. Будет молчать, строить себя невинную. Но под товим взглядом всегда будет смущаться. В голове её раз за разом будут всплывать моменты сего вечера, а ты, в свою очередь, будешь непринужденно улыбаться, а на слеюущий день вы повторите тоже самое. И так по кругу. Замкнутому кругу, пока Нарцисса не возьмет инициативу в свои руки и не скажет тебе отчетливое "нет". Ты не станешь её осуждать. Лишь будешь вспоминать время, когда вы веселились. Играли в запрещенные игры, если угодно.
- Только не думай, что это - насилие, - хрипло усмехаешься и медленно прогинаешься в спине, вырисовывая губами эдакую дорожку на её шее. Руки твои уже пристроились где-то в районе задницы, без разборов то усиливая, то ослабляя хватку. Лучше бы Нарцисса побыстрее совладала с собой и уронила любой предмет своей одежды рядом с его, а то, глядишь, и до стояка нам недалеко осталось.
Любопытно, как ты будешь чувствовать себя завтра? Что скажешь сестрёнке вместо "Доброго утра"? Как поведешь себя в её присутствии? Не дашь ли слабину и не выставишь ли себя ебанутым инцестником? Зато сейчас ты убежден в одном - от Нарциссы ясно можно ожидать безмолвия. Не скажет, хотя бы потому, что терпеть не может правдоподобных слухов. И, о Боже, что же скажешь её мамаша, узнав, какими непристойностями занимается её дочь во время ночных осмотров!?

+1

6

Спиной ты, по-прежнему, упираешься в холодную мраморную стену... оно и лучше так - помогает сохранить хоть каплю здравого смысла, в тот миг, когда прикосновение Сириуса отзывается в тебе нестерпимым жаром. О, как ты была наивна, до последнего предполагая, что сможешь уйти.
Его губы обжигают, дразнят и делают с тобой Дементор знает что, но ты все еще строишь из себя недотрогу. Строишь, а сама усмехаешься, надеясь, что, увлеченный, он не заметит твою ухмылку. Ибо, это момент твоего триумфа, да, Нарцисса Блэк? Твой брат, тот самый Сириус Блэк, который, и ты это знаешь наверняка, является предметом воздыхания многих девушек Хогвартса, сейчас сгорает от желания. И хочет он тебя. Только тебя. И это знание опьяняет не хуже старого крепленого вина из подвалов Блэк-холла.
Ты бездействуешь пока, позволяя Сириусу упиваться его страстью, собственническими чувствами и тем сладко-терпким ароматом миндаля, который так подходит тебе, особенно сейчас. Ты даешь ему почувствовать власть.
Но бездействие твое не холодно. Оно до такой степени красноречиво говорит о том, что ты готова к тому, чтобы подарить свой первый в жизни поцелуй именно ему, что Сириус словно сходит с ума. Он на мгновение застывает и смотрит тебе в глаза. И в его глазах ты видишь все, чтобы он хотел сделать с тобой прямо сейчас, прямо здесь. Видишь и понимаешь – это точка невозврата. Потому, что если не случится чуда и вы оба не найдете в себе сил остановиться… именно сегодня ты станешь женщиной. А потом ты целуешь его. Сначала в образе недотроги, робко и, словно бы, смущенно, но вдруг в один миг решаешь сбросить маску и целуешь его страстно и умело. И ты задыхаешься от собственной смелости, от того головокружительного чувства вседозволенности, которое приносит этот поцелуй. Задыхаешься и прерываешь поцелуй, чтобы вновь взглянуть ему в глаза.
Так о чем же думаешь ты, Нарцисса Цирцея Блэк, вглядываясь в серые глаза Сириуса Блэка, а кончиками пальцев нежно касаясь его скулы?
Ты, конечно же, с сожалением думаешь о том, что он твой брат. Вам обоим по рождению суждено скрывать ото всех то, что сегодня, без сомнения, произойдет в ванной для старост. И не только сегодня внезапно прорывается весьма откровенная мысль.
Но, позвольте, думаешь ты разве это может быть поводом для того, чтобы не позволить себе насладиться друг другом? Всего лишь одно прикосновение, всего лишь один поцелуй изменил тебя, девочка. Что же тогда произойдет после того, как ты познаешь все сполна?
Ты снова приникаешь к таким жарким и сухим губам Сириуса, на миг перехватывая у него инициативу. А пальцы твои путаются в его волосах, причиняя тягучую и сладкую боль. И да, ты совершенно игнорируешь его вопрос и весьма неуместную уже попытку успокоить тебя, потому что слова здесь явно излишни. Единственное, что ты можешь позволить себе сказать сейчас – это:
- Сириус… даже не сказать - выдохнуть, вкладывая в его имя все свои чувства и желания.

Отредактировано Narcissa Malfoy (2012-11-22 15:16:24)

+1

7

Его принцесса.  В его руках. В его прочных объятиях. Знал ли ты, что когда-нибудь будешь держать в своих руках пятнадцатилетнюю сестру, покрывать её тонкую кожу поцелуями и не давать возможности отдышаться? Нет. Никогда. Сейчас же для тебя всё расплылось. Существуете лишь вы - сумасшедшие родственнички. Ты медленно отходишь вместе с ней назад, к маленьким ступенькам, к теплой воде, к приятному забвению. Впервые ты получаешь удовольствие не столько от получаемых ощущений, сколько об отдаваемых. В твоих руках хрупкое тело, с которого раз за разом спадает одежда. Всё, начиная от злосчастных завязок на верхе и заканчивая треклятным низом. Вещи небрежно валяются на полу, а вы мало-помалу вступаете в воду, пока её теплый покров не окутает ваши тела. Ты всё так же не отпускаешь кузину, ни на миг не прерываешь поцелуи в шею, длительныые в губы и короткие в ключицу. Она держится за тебя своими руками, а ты прижмаешь её к бортику, исследуя ладонями части её тела, до этого момента недоступные.
Ты едва ли подозревал об истинной натуре Нарциссы. Порой даже в тебе проскакивала мысль, словно эта девчушка и целоваться то толком не умеет. Помнится, что ты в пятнадцать лет лишь впервые ощупал женскую задницу и то мало что тогда разобрал. Дело до поцелуя дошло только летом, когда к Поттеру приехали дальние родственники. И не мудрено, что ты на тот момент думал лишь об одном. Точно так же, как и сейчас. Нарцисса смотрит на тебя желанным взглядом, подается вперед и вновь закрывает твой рот поцелуем. Ты усмехаешься, рывком прижимаешь её согнутую ногу к себе и оставляешь на бедре заметные следы от пальцев. Твои губы спускаются ниже, очерчивая прежний путь и уже касаются упругой груди. Ты возбужден, твой контроль был потерян ещё тогда, когда ты только увидел своего ночного гостя в лице Нарциссы Блэк.
Ты слышишь её учащенный пульс, чувствуешь горячее прерывистое дыхание и продолжаешь покрывать поцелуями грудь своей кузины. А она не отстраняется и явно противится мысли о неправильности своих действий. Вероятно, твоё опьяненное состяние перешло и на Нарциссу. Хотя всё, что ты совершаешь - результат отнюдь не затуманенного сознания. Ты сам этого хочешь. Хочешь свою принцессу. Ты выпускаешь её ногу из сжатой руки и постепенно перемещаешься к животу, где вырисовываешь перевернутую восьмёрку - знак бесконечности. Что ты хотел этим сказать, Сириус?
Твои пальцы опускаются чуть ниже и почти доходят до промежности, как внезапно ты поднимаешь голову и смотришь на сестру, будто бы спрашивая разрешения. Но оно тебе не нужно. Мимолетно докасаясь желанного места, ты останавливаешь свои губы в считанных миллиметрах от её и шепчешь: - Ты не бойся ничего, - ладонь касается её щеки, медленно "падает" вниз и силой захватывает талию. Ты осторожно входишь в хрупкое тело, издавая неслышный стон и попутно целуя кузину в мочку уха. Двигаешься в том же темпе, стараясь заглушить внезапно поступленную боль Нарциссы. Ты чувствуешь её пальцы на своей спине, а кажется, будто заряд приятного тока проходится по всему телу. Ты даже не предполагал о том, что когда-нибудь будешь трахать младшую Блэк в ванне старост, а после наверняка всем подряд впаривать о том, что эту ночь ты провел в одиночестве. Тебе во всяком случае не поверят, Джеймс то видит тебя насквозь, а потому будет требовать от тебя всех подробностей затяжной ночи. Но, благо Мерлину, тебе хватит ума, чтобы не растрендеть о действительности. Скажешь, что твоё одиночество скрасила Когтевранка, имя которой да и лицо тоже, ты не соизволил запомнить. Пьян же.
Но сейчас ты пьян лишь ей - Нарциссой. Своей кузиной, сестрой. Опьянён желанием, её стонами и телом. Ты не хочешь её выпускать. В тебе горит вечным огнем лишь одно желание - растянуть этот вечер как можно дольше.

+1

8

Тебе хочется стонать его имя, кричать его имя, но врожденная осторожность, крупица которой все еще живет в тебе, не позволяет тебе повысить голос ночью пусть даже в ванной для старост. Поэтому ты только жарко шепчешь  ему в шею:
- Сириус, Сириус, Сириус... и больше ничего, потому что в голове у тебя только он. Он один. Его руки, то чуть грубые, когда он теряет над собой контроль… то нежные, когда спохватывается. Его губы – жадные и требовательные. Его тело, такое горячее и такое желанное.
Ты слегка прикусываешь бьющуюся на его шее жилку, а руки твои, меж тем, скользят по его спине. Его кожа невероятно приятная на ощупь. И ты, отбрасывая уже всякий стыд, откровенно мечтаешь о том, чтобы он раздел тебя, может быть, даже разорвав твою форменную рубашку…   Ты, действительно, готова? Ты готова к тому, чтобы предстать перед ним совершенно нагой? О, сама эта мысль заставляет тебя тихо и почти отчаянно застонать. Только лишь мысль об этом медленно сводит тебя с ума, заставляя выгибаться в руках брата, заставляя тебя льнуть к нему, заставляя безмолвно умолять его не останавливаться ни нам миг.
И он словно услышав тебя, откидывает полы твоей мантии, а его руки… его руки… тебе кажется, что мир разбился на тысячи осколков… ты закидываешь голову назад, а всем телом подается вперед – навстречу его рукам, его таким уже откровенным ласкам… Бесстыжая девочка, свободная девочка.
Первой летит на пол мантия, а затем и все остальное, так или иначе, оказывается у ваших ног, устилая ваш пусть в теплую ванну, наполненную ароматной водой.
Наслаждаясь его прикосновениями и поцелуями, ты даришь наслаждение в ответ. Твои руки творят Мерлин знает что… тонкие пальчики мотыльками порхают то тут, то там… то гладя, то впиваясь так, что, несомненно, останутся синяки. Ты словно играешь на скрипке… это лучшее сравнение, пожалуй. Ведь ты и впрямь умеешь играть на этом инструменте прекрасно и вдохновенно. Так сейчас и с Сириусом – прекрасно и вдохновенно.
Ты дрожишь от предвкушения, потому что его руки вот-вот коснутся того места, которому поэты и писатели дали и еще дадут множество названий… как романтичных и метафоричных, так и совершенно пошлых.
Но он медли чуть, глядя тебе в глаза – словно разрешения спрашивая. А в твоих глазах нетерпение, в твоих глазах уже без малого требование – давай Блэк, сделай это.
- Ты не бойся ничего
Но ты даже не думаешь бояться, потому что тебя несет в дальние дали. Ты уже перешла определенную черту в самой себе, и назад возврата нет. Позволив Сириусу то, что ты позволила… и тут мысль останавливается, потому что ты знаешь - каждую секунду теперь ты захочешь чувствовать его страсть, его сухие и горячие губы, его прерывающееся дыхание, его руки где-то возле … а еще лучше… и тут ты языком слизываешь то самое «Ты не бойся ничего» с его губ, а потом, как бы невзначай проводишь рукой где-то чуть пониже его паха. Стон его тонет в твоем требовательном поцелуе.  А потом… потом…
«Он был не в силах более терпеть, а потому вошел в нее словно нож в масло – резко и бескомпромиссно. А она мотыльком забилась в его руках, заполненная и счастливая». Ты ненормальная, Нарцисса Блэк, раз в такой ответственный момент своей жизни, переломный момент, вспоминаешь какую-то чушь из книги, подсунутой Деборой монашке Яксли. Вспоминаешь и смеешься в голос. И смех этот раскрепощает тебя еще больше и спасает от боли. Ну а крови нет совсем.
Сперва, ты чувствуешь лишь легкий дискомфорт, странное ощущение того, что тебя, как бы это сказать… проткнули насквозь. Но потом все стремительно меняется – твой брат великий умелец. Он аккуратен и нежен. Он всеми силами сдерживает себя, свою страсть, свое желание двигаться в полную силу, так, чтобы с первого раза достать до той самой точки внутри тебя, одно лишь прикосновение к которой отныне заставит тебя постоянно желать его.
А ты настолько освоилась, что хочешь большего, не так ли девочка? Больше страсти в твоем поцелуе, смелее твои руки. Ты вновь перехватываешь инициативу, начиная двигаться чуть быстрее, заставляя и брата следовать за тобой. Ты хочешь так, чтобы искры из глаз, чтобы шепот перешел в крик, чтобы наслаждение захлестнуло тебя с головой. А потом… потом ты хочешь, чтобы все повторилось сначала. Бесстрашная девочка… Безрассудная девочка… Салазар Слизерин нервно постукивает пальцами по столу. Годрик Гриффиндор аплодирует тебе стоя.

+1


Вы здесь » NOX. Marauders era. » Мантия-невидимка » Влюбись в меня, если осмелишься


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC